В текущей обстановке все судорожно ищут хоть какие-то плюсы ослабления рубля. Если говорить с точки зрения макроэкономики, то в университете нас учили, что ослабление внутренней валюты удорожает импорт (все мы это уже увидели и почувствовали) и удешевляет экспорт (и все задаются вопросом, что же такое таинственное мы экспортируем, что вдруг стало резко конкурентоспособным, если не считать действительно дешевой нефти, что нам в общем и вовсе не на руку). Удешевление экспорта выгодно для экономики, кроме того национальные товары становятся дешевле относительно импортных, что повышает их конкурентоспособность. Позже экономисты показали, что это совсем не обязательно, ведь национальный производитель тоже не дурачок, поэтому будет также повышать цены на свою продукцию, чтобы не упустить момент, кроме того, в условиях зависимости от импортного сырья есть и объективные причины для удорожания товаров в российском производстве. В результате рост цен становится массовым, что ведет к ускорению инфляции – и опять-таки, макроэкономика учит нас, что это хорошо, так как инфляция призвана разгонять экономический рост, не зря она является неотъемлемым элементом жизни быстро развивающихся экономик/emerging economies, чтобы быть точными (так как термины по-русски и по-английски все же не вполне эквивалентны). Инфляция подает ложные стимулы рынку, на которые он ведется – дает возможность платить больше (в обесценивающихся рублях), государству вкладывать деньги в инфраструктуру и общественные работы (тем более что даже дешевая нефть дает больше денег в рублях), государственный сектор, который в нашей экономике велик, создает иллюзию уже происходящего экономического роста : продажи многих компаний в рублях продолжают расти (при понятном падении маржинальности, чистой прибыли и массовом затоваривании). Если не ведется – для этого экономисты изобрели спецтермин – стагфляция, когда инфляция сочетается со стагнацией, что не позволяет выйти из порочного круга. В общем и целом это то, что мы наблюдаем – или даже хуже, поскольку мы не стагнируем, мы продолжаем падать, хотя по многим оценкам – и я склонна им верить, мы уже на дне или близки к нему.
Возвращаясь к плюсам.
